Рейтинг публикаций

...описания движутся как бы вместе с глазом рассказчика и, соответственно, являют собой некий пульсирующий процесс смещения, перебегания от дальнего к ближнему, от видимого к звуковому, тактильному, пахнущему и в обратном порядке.

...сколько бы русская литература ни вбирала в себя западных образцов, она всегда пыталась утвердить в них своё. Эта мысль витала в воздухе в качестве неявной идеологемы и утверждалась в виде творческой установки или духовной инвективы.

Есть места, которые присваивают нас, а есть места, которые мы присваиваем. Петербург, в отличие от Москвы или Парижа, невозможно присвоить, он всегда сам присваивает всех, пришивает к своему туманному безумию, и именно в этом его колоссальное значение для русской культуры. Он всегда довлеет над разнообразием стилей, или моделей поэтического поведения, он побеждает и их, и их носителей. Побеждает он и Марусю Климову.

Почему вообще нас должен интересовать Третий Рейх?

Отношение к писателю как к царю-батюшке. Вот придет умный человек, бразильский мудрец из Тевтонского Ордена Буддистских Русофилов, – и рассудит.

Это ведь почти математическая задача, и нужно обозначить Х, тип героя. Затем поместить Х в соответствующий контекст, и как бы вычислить его с помощью идеи-сюжета.

Действие второе. Арсен Ревазов

Действие третье и последнее. Петр Мамонов. Все становится понятно. Или почти понятно.

...этот номер посимпатичнее первого. Будем ждать номера три (чтобы узнать, тенденция ли это : )…

...Пушкин, Достоевский и Толстой, как истинно народные художники, и есть наши главные столпы литературного идиотизма.

Русская аристократическая фамилия Головин (упоминающаяся, наряду с князьями Тёмносиними и Вяземскими, в Бархатной Книге) происходит от слова голова.