Рейтинг публикаций

- Знаешь, - говорит Иваныч, - возле рынка записывают добровольцев в Славянск.
Ленка и Игорек поднимают головы от стола.
- Ну и?..
- А ничего… Палатку так удобно расположили… На перекрестке у самого светофора. Можно постоять, подумать. Сделать вид, что спешишь. Или - оглянуться и подойти. Но это – как шагнуть в поток машин на красный свет.

...слишком чистыми были его рубашки, слишком наутюженным – его пиджак, слишком правильно повязанными галстуки и слишком элегантно и точно подобранными – цвета. «Женат!» – эта мысль камнем упала в самое сердце...

В Советском Союзе худо-бедно в душе, в интеллигентских собраниях, на кухнях, в лесу можно было оставаться тайным либералом, но быть государственником - значило либо обречь себя на полное одиночество, либо неминуемо сближаться с теми, кто государственную идею перехватил и подменил идеей коммунистической.

Осознав, что оказалась в такой же ловушке, только побольше размером, Малыша с круглыми от ужаса глазами мотанулась из стороны в сторону

Если вы живёте в Замоскворечье, то выгляните утром в окно, даже если вы давно в него не выглядывали, даже если окно после дождя покрыто серыми пыльными разводами. Вы непременно увидите какую-нибудь девушку, приехавшую завоёвывать этот необыкновенный город.

Когда глядишь сверху на эту выжженную, пыльную, безлесую землю и сравниваешь с соседней мягкой, зеленой Грузией, где палку нужным концом воткни - вырастет - диву даёшься, какая может быть здесь жизнь? А потом видишь древние храмы, рукописи, картины, выросшие буквально на камнях и как камень вечные. Культура возникшая не благодаря, но вопреки. Страна, где ленивому, расслабленному, уступчивому человеку не выжить. Грузия - праздник, Армения - пост. Рай и изгнание из Рая.

Залез я кое-как в сугроб, утоптал себе местечко, штаны спустил и присел. А когда закончил, из спущенных штанов выгреб двенадцать горстей снега! Двенадцать горстей за три минуты!

Через некоторое время Мария уже невооружённым глазом видела, что дыры зияют повсюду, и их количество растёт с ужасающей быстротой.

Христос завещал никогда никого не критиковать. Смотреть только в себя, но обнаруживается, что себя нету, нету устоев, нету основополагающего принципа, сплошной сплав по бурным весенним рекам. Как-то изначально я это усвоил для себя и решил заниматься именно что познанием своей природы, ускользающей, как человек, уходящий в дверь

«Мы воевали с пятнадцатым веком», — с горечью заметил капитан.

Сможем ли мы когда-нибудь понять его подлинный свет?

Был он красивым этот известный писатель, самоуверенным, шикарным. Ездил по заграницам, декламировал свои произведения со сцены, и слыл, как говорится, подонком редкостным, хоть и обворожительным. Единственным, в своем роде.