Рейтинг публикаций

...Успеть до грозы. Смотри: стоит на краю неба, темная, как Сатана, ведрами погромыхивает. Грядки полымем полыхают, жар, как из печи; клубника переспела, осыпается; нагибаясь, голову будто в огонь окунаем; а корзины бездонны, век не наполнишь; в глазах кровавые чертики скачут...

Он открыл мне один из главных секретов жизни. Те, кому эта тайна известна, не знают скуки, не мучаются на работе, не меняют одно дело на другое и, как правило, со всеми добры и спокойны. Эти люди ценят мастерство и доводят его до совершенства. В любой профессии они не ремесленники, а творцы. Такой труд приносит им счастье неисчерпаемое.

Одна злободневочка мечтала произвести фурор. И столько она нафурорила, столько назлободневила, что образовалось, наконец, ответное показательное информационное облако плазмы, вызвавшее критическую массу кривотолков.

Ему несносно захотелось уехать туда, в богом забытую, всеми покинутую деревушку, и как бы для смеха названную Городок.
Придя в сознания вспомнил, что когда-то от Волхова моста до Новгорода ходил маленький пароходик «Заря». Если успеть на Вишерскую электричку, – она без остановок, – тогда поспею.

Последняя декада года вся должна быть пропитана праздничностью, пусть субстанция оной сочится, отливая золотистыми тонами. Или – серебристыми...

Делать больше было нечего. Думать тоже было не о чем. Вспомнилась только строка: «Жизнь прошла – как не было. Не поговорили».

С неисправимой медлительностью — скоростью черепахи из песка, катится время и обрывается под детскою ступнёй.

...бригадир не прекращал меня убеждать в том, что он, как и другие, забирает своё. «Ты просто обязан присоединиться к нам. Участились проверки, а ты пока только “зритель”. Пора выбрать, на чьей ты стороне.
И я выбрал. После колкого замечания девушки.

– А ты знаешь, чем сегодня занята деревня?! – с апломбом спросил приятель, и продолжил, не дожидаясь ответа. – Собираются на комету… Смотреть на комету.

...Уже на выходе сказала дочке: «Следите за луковицами тюльпанов. Мне придётся задержаться. Я, наверно, не успею высадить их этой осенью. Придётся хранить до весны», – на что Катя простонала жалобно и раздражённо, нервными пальцами елозя по наличнику двери: «Мама, ну, какие тюльпаны. Что ты, в самом деле?». Любовь Васильевна отреагировала театрализированно-трагедийным жестом, прижав руки в старомодных перстнях к опавшим щекам, и, еле уловимо картавя, тщательно подбирая слова, неуверенно произнесла: «Я не вынесу, если с тюльпанами что-то произойдёт. Мне нужно их высадить весной, милая. (...)"

Папа не любил калужских родственников, считал их мещанистыми очень: они и были такими – драгоценные и любимые… Бабушка наклоняется над тобой, первый день каникул сегодня, наклоняется, подоткнув одеяло, спрашивает: Удовно ли тебе, внучек? Ах, как мне было удобно тогда, ба!
Как неудобно в жизни!