Рейтинг публикаций

Проза Платонова многослойна, в ней обнаруживается масса пластов, которые, конечно же, имеет смысл рассматривать в совокупности.

Я думаю о безумце, который успел бы за те несколько секунд, когда суша свободна от воды, вылепить из песка дворец, который просуществовал бы ровно столько, сколько ушло времени на его постройку. Вряд ли можно сделать что-либо более эфемерное.

наши глаза звук радио одиссея вояжера 11 звука как изображения не своего тела а наружи

Не может быть один ни господин Как Родина иль льдина Или смородина с мороза Как я с моржом сморожу

Я вспомнил, как на Смит Пойнт Бич проходило инсценированное представление памяти разбившегося рейса «TWA-800». На пляже стоял туман, почти такой же, как вчера. Мы с Наташей шли к выходу со стороны заповедника, когда перед нами вдруг возникли марширующие пожарники в кельтских национальных костюмах. Происходящее казалось кадрами из бредового европейского кино: молодая пара и оркестр-призрак на пустынном пляже.

зубы зубра уд удава головы от головастиков ловушки ушек живот от всех животных жных это десентники как сантехники словно не сломлено - не сломано у мана у манны башни безбашенные бешенные бе-е-е издающие

Я тоже закурил, облокотившись на капот. Лолита моя вместе со старушенцией маячили где-то вдали и, судя по всему, приближались сейчас ко мне, направляя собачонку в мои сети. Я залез одной ногой в салон, включил дальний свет.

Один клиент ночью искал какую-то статью в сети. Я носил ему кофе и менял пепельницы. Потом он ее распечатывал, по сто песет за страницу. Говорил, что покупает здесь тишину. Говорил, что дома не может работать.

Жаль, в электричке было можно курить, стоя в тамбуре. Теперь правила хорошего тона этого не позволяют. Цивилизация и глобальная война с терроризмом проникают повсюду, захватывая все больше самых невинных свобод.

14 и 15 главы романа новозеландского прозаика, с самого начала написанные по-русски (а не на английском), посвящённые России и ищущие российского издателя.

Перед его взором – фантастика и ужас! За креслом стояла, т.е. стоял или точнее, стояло что-то не совсем: да, за креслом стояла половина туловища, половина тела, нижняя половина от живота до ног.

Я люблю Москву. Для меня не Россия родина, а Москва родина. Я не тоскую по языку русскому, а по некоей определенной ситуации – друзья, институции, темп жизни.